Основные вызовы и риски в экономической и социальной сфере на после-выборный период

26/04/2019
Моніторингові продукти
Основные вызовы и риски в экономической и социальной сфере на после-выборный период

Вступление

В Украине завершается 5-летний электоральный цикл, начавшийся с митингов и трагических противостояний на Майдане осенью - зимой 2013/2014 гг.

События тех дней в конечном итоге закончились досрочными президентскими и парламентскими выборами и сменой правящих элит. Стремительность политических изменений, произошедших под давлением гражданских протестов, закономерно существенно повысила планку общественных ожиданий как в части роста национального благосостояния, так и переформатирования укоренившейся «кланово-олигархической» политической системы. Непосредственный триггер Евромайдана – соглашение об ассоциации с ЕС, политическая часть которого была подписана всего через месяц после смены власти, – ожидаемо рассматривалась как рамка и движущая сила изменений в стране. Как показала дальнейшая история, эти ожидания не были реализованы, либо реализованы не в полной мере.

В дополнение к несбывшимся ожиданиям, за последние пять лет на долю страны и ее граждан выпало немало испытаний. Прежде всего, это потеря части территорий и война на Донбассе, прошедшаяся катком по судьбам миллионов семей, сделав их вынужденными эмигрантами или ВПЛ, а также разразившийся системный финансовый кризис 2014-2015 гг., от которого Украина окончательно пока так и не оправилась. Как результат, за это время в стране почти в 2 раза вырос уровень бедности, а гарантии личной безопасности на фоне хоть и замороженного, но не снятого с повестки дня военного конфликта, и увеличения неконтролируемого оборота оружия, ухудшились.

Отсюда социология, давно показывающая глубокий анти-рейтинг нынешней власти, и неутешительные для нее результаты голосования в ходе 2-х туров президентских выборов, зафиксировавшее существенное изменение электоральных предпочтений населения и запрос на обновление политических сил, пришедших на волне последнего Майдана. Молчаливый протест против власти по итогам последних выборов, прошедших хоть и с нарушениями, но, надо отдать должное, в целом свободно и демократично, – и есть ответная реакция граждан на ухудшение своего благосостояния и не реализованные ожидания перезагрузки «старой» политической и экономической системы.

Сможет ли новый Президент Украины В. Зеленский, будучи человеком «не из системы» (как многие считают), трансформировать ее, укрепив либерально-демократические институты, и при этом справиться с двумя основными вызовами – принести в Украину мир и обеспечить устойчивый рост благосостояния – покажет время. Как показывает мировая история после ВМВ-2, у страны на любом континенте – даже самой бедной и раздираемой войнами – есть свой исторический шанс на успех. Перезагрузка власти, а она произойдет в любом случае, независимо от сроков парламентской кампании – это хорошая встряска для неэффективной системы управления и распределения ресурсов, дающая надежду если не на рывок, то на большую динамику в развитии.

Остается такой шанс и у Украины, хотя ее стартовые позиции очень слабые. При этом новый Президент и его команда столкнется с массой системных вызовов, которые будут проявляться уже в краткосрочной перспективе (до конца года), требуя реакции и решений. Период «романтических» отношений новой власти с избирателем всегда короткий. В Украине образца 2019 г., где предпочтения избирателей гораздо больше фрагментированы, чем 5 лет назад, этот период окажется еще меньше. Новая власть должна будет начать работать с этими рисками буквально с первого дня в офисе.

Ниже мы проанализируем основные вызовы и риски в социально-экономической сфере, которые с разной степенью остроты уже стоят на повестке дня и либо могут возникнуть в ближайшее время.

Краткосрочная повестка: риски, по которым существуют угрозы и/или вероятность обострения в ближайшее время

1. Резкий рост задолженности населения по оплате услуг ЖКX

Суть проблемы

Цены и тарифы в жилищно-коммунальном хозяйстве продолжают увеличиваться. По состоянию на 1 апреля по сравнению с аналогичным периодом минувшего года на 25,2% выросли тарифы на канализацию, на 22,9% - на природный газ, на 22,2% - на водоснабжение, на 19,1% - на горячую воду и отопление, на 15,2% - на содержание домов и придомовых территорий. За 2014-2018 годы газ для населения подорожал в 10,7 раза, горячая вода и отопление – в 5,4 раза, электроэнергия – в 3,8 раза, холодная вода – в 3,7 раза, содержание домов и придомовых территорий – в 2,2 раза.

- Ужесточение правил получения субсидий привело к тому, что значительное число домохозяйств, лишенных денежной помощи со стороны государства, оказалось не в состоянии самостоятельно оплатить выставленные им счета. Не увенчался успехом эксперимент с монетизацией субсидий – часть из получателей субсидий, даже невзирая на реальность ее лишения за просрочку всего на месяц оплаты услуг, потратила деньги на, видимо, более приоритетные статьи семейных затрат.

- С начала нового отопительного сезона долги населения за потребленные ЖК-услуги увеличиваются катастрофическими темпами. В январе-феврале 2019 г. задолженность увеличилась еще на 13,8 млрд. грн., достигнув 69,4 млрд. грн. За последние 4 месяца (ноябрь-декабрь 2018 и январь-февраль 2019 г.) долг населения вырос более чем на 74% (!) или на 29,5 млрд. грн. За это время задолженность по центральному отоплению и горячей воде увеличилась почти в 2,2 раза (с 10,2 млрд. грн. на начало ноября 2018 г. до 22 млрд. грн. на конец февраля 2019 г.), за природный газ – в 1,8 раза (с 18 до 33 млрд. грн.), по электроэнергии – на 52,5% (с 4,0 до 6,1 млрд. грн.). Остаётся стабильно низким уровень оплаты населением своих коммунальных счетов: в ноябре оплачено 46,6% от выставленного счета (без учета э/э), в декабре - 58,3%, в январе 71,8%, в феврале – 69,4%.

Риски

- Неплатежи и спровоцированный ими лавинообразный рост долгов в секторе ЖКХ грозит срывом подготовки к следующему отопительному сезону, невозможностью проводить обслуживание и ремонт изношенной более чем на 80% инфраструктуры, что чревато многочисленными авариями и перебоями в поставке услуг, не говоря уже о возможности возникновения масштабных техногенных аварий. Обострение ситуации в этой сфере с выставлением юридических претензий субъектов ЖКХ друг к другу может спровоцировать массовые банкротства предприятий отрасли, что в условиях монопольного положения большинства из них грозит оставить население без ЖК-услуг.

Что необходимо предпринять

- Есть широкий выбор инструментов, способных если не решить проблему целиком (что представляется малореальным), то хотя бы уменьшить ее масштабы. Это и снижение уровня ЖК-тарифов, и увеличение объемов субсидий и повышение ее доступности, и списание (всей или частично) ранее накопленной задолженности (или реструктуризация на приемлемых для населения условиях).

2. Отсутствие контракта с 2020 г. на транзит российского газа в Европу

Суть проблемы

31 декабря заканчивается срок действия 10-тилетнего «большого газового контракта»,по которому Украина доставляла российский газ европейским потребителям. К примеру, в 2018 году через Украину в ЕС и Молдову было прокачано 86,8 млрд. кубометров газа, а в отдельные годы объем газового транзита превышал 100 млрд. куб. м.

Во многом благодаря доходам от транзита Украина может содержать вторую по величине в Европе газотранспортную систему, насчитывающую 37,9 тыс. км газопроводов, 73 компрессорные станции, 11 подземных газовых хранилищ общим объемом 31 млрд. кубометров.

До начала 2020 г. остается чуть более 8 месяцев, официальные переговоры до сих пор не начаты, а неофициальные консультации показали кардинально разное видение сторонами перспектив газовых отношений. РФ настаивает на пролонгации действующего контракта по его правилам, а также прекращении «газовых войн» в международных судах. Позиция «Нефтегаза Украины» - абсолютно новый контракт, с «чистого листа», а разбирательство в судах о делах прежних – вообще за скобками переговоров о «будущем контракте». Украина настаивает на максимально «длинном контракте», РФ готова говорить о краткосрочных транзитных соглашениях с учетом постепенного ввода в эксплуатацию новых альтернативных газотранспортных маршрутов.

РФ действительно ускоряет строительство обходных газопроводов («Северного потока-2», «Турецкого потока»),чтобы минимизировать зависимость от Украины в этом вопросе. И хотя до 1.01.2020 полностью обойтись без нашей газотранспортной системы России не удастся, значительное снижение объемов транспортировки вполне реально (причем РАО «Газпром» рассматривает в качестве одного из вариантов и возможный «нулевой транзит»).

Риски

- В условиях, когда РФ ускоренно достраивает обводные газопроводы, а европейская энергетическая стратегия предполагает значительное сокращение потребления газа, украинская ГТС становится все менее значимой и для россиян, и для европейцев. В этих условиях Украина уже в ближайшее время может лишиться ежегодных около 3 млрд. дол. США поступлений от транзита российского газа.

- Это лишит «Нефтегаз Украины», львиная доля прибыли которого генерируется «Укртрансгазом», значительного объема оборотных средств, часть из которых тратится на поддержание технологической работоспособности ГТС, и чревато повышением аварийности. В случае транзита минимального количества газа (15-20 млрд. куб. м.) Украине эта операция будет достаточно убыточной, поскольку нужно будет тратить много собственного газа в качестве технологического для создания нужного давления для «проталкивания» российского газа к западной границе. При этом количество персонала, обслуживающего ГТС, сократить не получится, а выручка упадет по сравнению с нынешней в разы.

- Перед НАК «Нефтегаз Украины» могут вполне реально замаячить перспективы краха, а это крупнейшая компания страны, вырабатывающая 14% ВВП Украины.

Что необходимо предпринять

- Необходимо незамедлительно инициировать переговоры о транзите российского газа (оптимально – в объемах не менее 100 млрд. кубометров в год), заняв на них конструктивную позицию. Недальновидно упускать публично озвученную недавно позицию А.Миллера о готовности не только обеспечить прокачку значительных объемов газа в Европу, но и восстановить прямые поставки российского газа в Украину, что, по его заверению, поспособствует снижению цен на газ для конечного потребителя на 25%.

3. Новые торговые эмбарго со стороны РФ

Суть проблемы

18 апреля вступило в силу постановление Правительства РФ №460-25,согласно которому:

-  расширяется запрет на ввоз украинской продукции (машиностроения, легкой промышленности, металлургии, в т.ч. трубной продукции и др.) в РФ, объемы которой, по данным Д.Медведева, составляют около 250 млн. дол. США;

-  одновременно вводится запрет на поставки в Украину нефти и ряда нефтепродуктов, нефтяного кокса, бензола, толуола, а с 1 июня поставки угля, угольного кокса, бензина, дизтоплива, пропана, бутана станут возможны только по индивидуальным разрешениям Минэкономразвития РФ.

Риски

- Украина достаточно серьезно рискует пострадать от новых ограничительных мер со стороны РФ. К примеру, в 2018 году Украина импортировала из РФ нефтепродуктов на 2,07 млрд. дол. США (это 37,3% от общего объема их импорта). Завести их через Беларусь, которая в 2018 году поставила Украине нефтепродуктов на 2,11 млрд. дол. США (38,1%) будет также проблематично – как технически, так и экономически (в силу примененного Россией к самой Беларуси т.н. «налогового маневра», который удорожит российскую нефть, поставляемую в Беларусь на переработку, значительная часть продуктов которой поступала на украинский рынок).

- По углю наша зависимость еще сильнее. В 2018 году импорт российского угля в Украину вырос на 29%, достигнув 12,4 млн. тонн. По прогнозу Минэнерго РФ, не меньшие объемы должны были быть отгружены Украине и в 2019 году. Заместить потерю такого объема угля – в случае «неполучения» разового разрешения по политическим мотивам – американским, африканским и пр. углем будет практически нереально (к примеру, американский был законтрактован на уровне 2 млн. тонн). Это создает риски, что склады украинских электростанций будут пустеть, и подготовка к отопительному сезону может быть сорвана – со всеми вытекающими из этого последствиями.

- Всего же, по оценкам Минэкономразвития, введенные Россией новые санкции могут привести к более чем 30%-ному дополнительному сокращению товарооборота между нашими странами.

- Понесут существенные потери и отечественные товаропроизводители, у большинства из которых нынешний год откровенно «не задался». За первый квартал – еще до вступления в силу нового эмбарго -  объемы производства в ТЭК упали на 3,7%. Легпром просел сразу на 11,4%, а в новый запретно-санкционный список России по «дивному» совпадению попала именно та продукция, объемы производства которой с начала года упали на 15-25-35 процентов.

- Новые витки торговых войн (а российское постановление от 18 апреля стало симметричным ответом на расширение украинских санкций) – это путь в никуда, лишающий Украину стратегически важных энергоресурсов, а заодно наносящий ущерб отечественному товаропроизводителю (прежде всего тех отраслей, которые и так работают значительно хуже других). Для многих предприятий это приведет к большим убыткам, а при самом радикальном сценарии – к возможному банкротству.

Что необходимо предпринять

- Необходимо отказаться от ныне реализуемой хаотичной политики «повышения градуса» в торговой войне, в ответ на который РФ вводит куда более болезненные для нас, чем мы для нее, контр-санкции, предложить план поэтапного взаимного снятия торговых ограничений, добиваясь их отмены, прежде всего, в отношении критического импорта энергоносителей в Украину (уголь, нефтепродукты).

- Проработать вопрос возможности альтернативных поставок из других регионов для минимизации рисков срыва отопительного сезона.

4. Пиковые выплаты по госдолгу

Суть проблемы

Долговая нагрузка на экономику и бюджет находится за пределами безопасного уровня, структура задолженности не оптимальна, текущая стоимость рефинансирования госдолга – одна из самых высоких для развивающихся стран.

-  Соотношение госдолга к ВВП (60,9% ВВП в 2018 г.) выше: (a) лимита, установленного Бюджетным кодексом (60%), (b) безопасного потолка для развивающихся стран (40-50% ВВП); (c) среднего значения по региону (СНГ – 21,8%, развивающиеся страны Европы – 30,5% ВВП, МВФ).

-  В 2018 г. на обслуживание госдолга (выплату процентов) ушло 11,8% расходов бюджета (при критическом показателе для Украины 10%), в 2019 г. – плановые расходы увеличатся до 13%.

-  71% госдолга деноминировано в валюте (при рекомендуемом МВФ потолке для развивающихся стран – не более 60%) и 2/3 его принадлежит нерезидентам (рекомендуемый потолок – 45%).

-  Значительные кредитные и политические риски обуславливают высокую стоимость привлечения нового долга. В 2018 г. средневзвешенная доходность украинских еврооблигаций (9,9%) намного опережала уровень для развивающихся рынков (7,1%). Реальная, за вычетом инфляции, доходность ОВГЗ (12% на конец 2018 г.) в разы превышала доходность по таким инструментам для развивающихся стран (напр., для РФ, Индонезии, Бразилии, Индии, Турции 2-3%).

-  Страна остается критически зависимой от внешнего официального финансирования со стороны МФО и других официальных кредиторов. Способность погашать и обслуживать госдолг, в т.ч. выходить на рынки коммерческих внешних заимствований, напрямую зависит от продолжения программы с МВФ. По итогам 2018 г. Украина поднялась на второе место в мире по размеру долгов перед МВФ, обогнав Грецию и немного уступая Аргентине.

При этом на 2019 – 2020 гг. приходятся пиковые выплаты по госдолгу.

-  Суммарные платежи по госдолгу увеличиваются. Если в 2018 г. на погашение и обслуживанию госдолга ушло 351 млрд. грн. (в т.ч. 235 млрд. грн. погашение), то в текущем году, исходя из последних оценок Минфина, на эти цели уйдет 461 млрд. грн. (в т.ч. 332,6 млрд. грн. - погашение). Если в 2018 г. суммарные платежи по госдолгу составляли 37,8% доходов бюджета и 9,9% ВВП, то в 2019 г. – 44,9% и 11,3% соответственно.

-  В 2019 г. Украине предстоит выплатить порядка 6,1 млрд. дол. по внешнему суверенному госдолгу (1,4 млрд. дол. уже погашено в I квартале), включая обязательства НБУ перед МВФ. Пик платежей по внешним обязательствам правительства приходится на май (1,4 млрд. дол., в т.ч. 1 млрд. до по еврооблигациям под гарантии США) и сентябрь (1,6 млрд. дол., в т.ч. 0,67 млрд. дол. по реструктуризированным еврооблигациям). Кроме того, еще 4,4 млрд. дол. в 2019 г. необходимо погасить по валютным ОВГЗ (в первом квартале выплачено 1,6 млрд. дол.). Т.е. в оставшиеся чуть более 8 месяцев до конца года Украине необходимо «закрыть» 7,5 млрд. дол. валютного госдолга, при том что на начало апреля остаток на валютном счете правительства в НБУ составлял порядка 800 млн. дол. или почти в 10 раз меньше. И если по валютным ОВГЗ можно рассчитывать, что большая часть этого долга будет рефинансирована (в первом квартале ролловер составил 88%), то для бесперебойного прохождения остальных выплат властям понадобиться получение транша МВФ и выход с еврооблигациями на сумму не менее 2 млрд. дол. не позднее сентября текущего года.

-  Кроме того, в 2019 г. на повестку выходит проблема VRI-деривативов, выпущенных в ходе последней реструктуризации внешнего госдолга. Текущий год – первый отчетный период для расчета платежей по ним (сами выплаты начнутся с 2021 г.). Платежи привязаны к темпам экономического роста, который должен быть не менее 3%, и за 20 лет могут в разы превысить объём списанной задолженности, став удавкой на пути восстановления страны.

Риски

- В 2019 г., при отсутствии глубоких политических и экономических потрясений, вероятность дефолта по суверенным обязательствам Украины представляется минимальной. Кредитные рейтинги Украины остаются спекулятивными, однако оснований для их понижения пока нет.В то же время, долговые риски для Украины могут быстро обостриться на фоне политических рисков и неопределённости, сопровождающих двойные выборы президента и парламента.Условия доступа на глобальные рынки капитала для развивающихся стран и так не самые благоприятные, а для Украины могут ухудшиться еще больше в случае задержки с пересмотром / получением новой программы МВФ из-за политической нестабильности (возможных досрочных парламентских перевыборов, проблем с формированием коалиции, конфликтов между органами власти и др.).

- Неспособность рефинансировать валютный долг вовремя и на приемлемых условиях будут провоцировать ухудшение валютных ожиданий, усиливая давление в сторону девальвации и инфляции, и через удорожание стоимости заимствований и падение спроса на них – аккумулировать риски дефолта на следующий год.

Что необходимо предпринять

- В краткосрочной перспективе гарантией прохождения пиковых выплат по госдолгу остается наличие программы с МВФ. Это предполагает пересмотр текущей программы standby (ориентировочно в мае–июне и ноябре – декабре этого года) и выход на договоренности о новой программе (в начале 2020 г.).

- В 2019 г. – при посредничестве МФО – необходимо инициировать переговоры с комитетом кредиторов об условиях обратного выкупа деривативов VRI. Одним из возможных источников финансирования такой сделки могут стать средства, полученные от спец-конфискации коррупционных активов.

- В долгосрочной перспективе необходимо уменьшить долговую нагрузку до безопасного уровня (30-40% ВВП), снизив валютную часть госдолга. Предполагает проведение: (a) сдержанной бюджетной политики (c поддержанием положительного первичного профицита госбюджета); (б) про-активной политики по управлению госдолгом (развитие глубокого и ликвидного рынка ОВГЗ, привлечение кредитов от МФО в гривне, диверсификация источников внешнего официального кредитования, замещение и репрофайлинг старых дорогих долгов на лучших условиях и т.д.). В то же время, корень решения проблемы лежит исключительно в плоскости поддержания маро-стабильности (для повышения кредитных рейтингов и снижения стоимости заимствований) и ускорения роста экономики (см. п. 6).

5.  Рост дефицита и неустойчивое состояние Пенсионного фонда (ПФ)

Суть проблемы

- Изменения в пенсионной системе Украины за последние 5 лет дестабилизировали Пенсионный фонд и не дали ощутимого повышения пенсий. После снижения ставки ЕСВ в 2016 г. с 41% до 22% с целью детенизации зарплат, дефицит ПФ значительно увеличился, а запущенная в 2017 г. пенсионная реформа ухудшила условия выхода на пенсию, не решив при этом проблему его наполнения. В 2018 г. трансферты из госбюджета на выплату пенсий составляли 43% доходов бюджета ПФ (напр., в 2013 г. – 26,4%).

- ПФ с большим трудом справлялся с финансированием пенсий уже 2018 году, допустив задержки с выплатами. При этом Госказначейство в 2018 г. регулярно предоставляло ссуды ПФ для покрытия временных кассовых разрывов, которые ПФ оказался не в состоянии вернуть в полном объёме (задолженность по таким ссудам за 2018 г. составила 4,8 млрд. грн.).

Риски

- В 2019 г. нагрузка пенсионных выплат на бюджет и экономику выросла еще больше, в т.ч. из-за несбалансированных предвыборных инициатив, утвержденных уже после принятия бюджета ПФ (как напр., дополнительные доплаты пенсионерам для индексации потерь от инфляции).Непокрытыйдефицит ПФ на 2019 г. оценивается в 55,1 млрд. грн. Однако эта сумма может вырасти еще больше в случае мирного урегулирования конфликта на Донбассе и начала выплат задолженности перед пенсионерами т.н. «ДНР-ЛНР» (?103 млрд. грн.). Такой значительный непокрытый дефицит бюджета ПФ создает риски разбалансирования солидарной пенсионной системы и задержек с выплатами.

- В среднесрочной перспективе при сохранении действующей солидарной пенсионной системы и медленного роста экономики (до 3%/год) решение проблемы дефицита ПФ под сомнением (во время принятия пенсионной реформы ожидалось, что на бездефицитный ПФ страна выйдет уже в 2024 году).

- Ресурс для решения проблемы наполнения ПФ за счет изменения параметров солидарной пенсионной системы уже практически исчерпан. Для украинцев резко увеличен страховой стаж (с 15 до 35 лет). Для не имеющих стажа это означает повышение пенсионного возраста (до 65 лет при средней продолжительности жизни мужчин 67 лет). Усугублять ситуацию будет сокращение трудоспособного населения. Сегодня на 11 пенсионеров приходится 10 работающих.

- Кризис действующей солидарной пенсионной системы будет вынуждать Украину далее ужесточать условия пенсионного обеспечения и снижать уровень выплат. На конец 2018 г. средняя пенсия составляла 29,8% от средней зарплаты (минимальный порог по странам ЕС 40 %).

Что необходимо предпринять

- Для бесперебойной выплаты пенсий в 2019 г. ПФ понадобится дополнительный трансферт из госбюджета, источником которого может стать дополнительная прибыль, перечисляемая НБУ в бюджет (исходя из решения Совета НБ,У прибыль к перечислению в бюджет 2019 г. увеличена на 17,3 млрд. грн.).

- В долгосрочной перспективе единственный механизм, позволяющий сбалансировать солидарную пенсионную систему – это обеспечение устойчивого экономического роста, повышение доходов работающего населения и создание новых и высокооплачиваемых рабочих мест.

- Стоит также не спешить с вводом накопительной системы. Только при достижении бездефицитности ПФ следует начинать вводить второй уровень пенсионного обеспечения, параллельно стимулируя развитие частных видов пенсионного страхования.

Средне- и долгосрочная повестка:системные вызовы и риски, сдерживающие развитие Украины

6. Замедление темпов роста экономики

Суть проблемы

Текущий экономический рост – слабый и неустойчивый, его темпы замедляются.

- По оценкам МВФ, в 2019 г. темпы роста ВВП замедлятся до 2,7% (против 3,3% в 2018 г.) и будут оставаться ниже своего потенциального уровня (3,5-4%) в последующие годы (3% в 2020 г. и 3,1% в 2021 г.). Еще более пессимистически оценивают перспективы экономического роста в НБУ, прогнозируя его замедление до 2,5% в текущем году и до 2,9% в 2020 г. При таких темпах роста Украина выйдет на уровень реального ВВП, достигнутый в 2013 г., только в 2022 г.

- Основные причины торможения экономической динамики – ухудшение условий торговли и снижение внешнего спроса на фоне замедления роста мировой экономики, охлаждение внутреннего инвестиционного спроса из-за жесткой монетарной политики НБУ и политической неопределенности.

Структура ВВП по категориям конечного потребления и видам экономической активности не создает задел для ускорения экономического роста в будущем.Практически весь прирост реального ВВП в 2018 гг. обеспечен за счет потребительских расходов домохозяйств, в то время как вклад чистого экспорта оставался отрицательным, а валового накопления (капитал + изменение запасов) близким к нулю. В такой модели экономического роста нет ничего плохого, если бы в Украине был емкий внутренний рынок (а это не так – Украина страна с малой экономикой, размер которой за последние 5 лет только уменьшился) и диверсифицированная структура экономики (в противном случае стимулируется потребительский импорт), а перед страной не стояли вызовы, связанные с преждевременной де-индустриализацией и критическим износом основных фондов.

Главные факторы, сдерживающие рост:

Низкая инвестиционная активность. Инвестиции хоть и увеличиваются последние 3 года двузначными темпами, однако растут с очень низкой базы. Доля валового накопления основного капитала (ВНОК) в ВВП остается крайне низкой (17,2% в 2018 г.; 15,2% - среднее за последние 5 лет), тогда как для поддержания устойчивых темпов экономического роста необходимо не менее 20%, а для их ускорения не менее 25% (по данным ВБ, за последние 25-30 лет среднее по странам OECD – 22,4%, Ирландия – 21,7%, Польша – 20,2%, Юж. Корея – 32,4%, Китай – 37,1%). Основная причина такого положения дел – помимо отсутствия мира – неблагоприятный инвестиционный климат, который сдерживает инвестиционную активность, в т.ч. приток прямых иностранных инвестиций (ПИИ). Если за 2010–2013 гг. среднегодовой приток ПИИ составлял 6 млрд. дол., то в 2016-2018 гг. - 2,8 млрд. дол. По показателю ПИИ на душу населения (в размере 1084 дол.) Украина пасет задних по сравнению с другими странами в регионе: это в 10 раз меньше, чем в Чехии, в 7,3 раза – чем в Венгрии, в 4,5 раз – чем в Польше и Литве.

Слабые темпы восстановления экспорта, его низкая диверсификация, потеря традиционных рынков сбыта, и как результат – растущее отрицательное внешнеторговое сальдо.За последние 5 лет Украина потеряла почти четверть своего экспорта: товарный экспорт упал с 62,3 млрд. дол. в 2013 г. до 47,3 млрд. дол. в 2018 г. Помимо утраты части производственных мощностей на Донбассе, причина кроется в потере традиционных рынков сбыта в странах Евразийского экономического сообщества (ЕЭС), прежде всего в РФ, которые не были перекрыты наращиванием экспорта в ЕС и по другим направлениям. В частности, за последние 5 лет товарный экспорт в РФ упал на 75% или 11,1 млрд. дол., а экспорт в ЕС вырос на 21,7% или 3,6 млрд. дол. В 2018 г. негативное товарное внешнеторговое сальдо составило 9,8 млрд. дол., или 7,5% ВВП. Это выше, чем в предкризисном 2013 г. (7,4% ВВП) и сигнализирует о значительных рисках для внешней финансовой устойчивости Украины.

Отсутствие целенаправленной государственной политики по управлению структурными изменениями в экономике.За минувшие 5 лет власть не смогла артикулировать свои цели в основных секторах экономики и принять соответствующие программы развития, пустив этот процесс во многом на самотек и действие рыночных сил. Это правильная модель развития для зрелых экономики и развитых стран (хотя мировой опыт здесь разнообразен) с хорошо работающими институтами, обеспечивающими конкуренцию и эффективное распределение ресурсов, к которым Украина не относится. Как результат, за последние 5 лет произошли отрицательные структурные изменения по видам экономической деятельности. В структуре ВВП выросла доля с/х (с 9,1% в 2013 г. до 10,1% в 2018 г.) и наоборот – упала доля перерабатывающей промышленности (с 12% до 11,5%).Исследования, базирующиеся на опыте быстрорастущих стран, доказывают, что существует прямая корреляция между долей с/х в экономике и разрывом в ВВП/душу от передовых стран. Чем выше доля с/х, тем выше этот разрыв[1]. На этом фоне закономерно выглядит углубление тенденций преждевременной де-индустриализации, которые начались не сегодня, но значительно ускорились за последние годы.

Риски

- Главный риск низких темпов экономического роста состоит в углублении разрыва между Украиной и странами в регионе, консервации бедности (по ВВП/душу в текущих ценах – Украина самая бедная страна Европы) и неэффективной модели развития, базирующейся на экспорте сырьевых ресурсов и трудовой силы, вырваться из которой с каждым годом будет все труднее.

Что необходимо предпринять

- Обеспечить устойчивые темпы экономического роста – не менее 5-6% в год – в перспективе следующих двух–трех десятилетий.

- Предполагает (среди прочего):

-  Обеспечение долгосрочной макроэкономической стабильности (снижение рисков наступления и последствий экономических кризисов), в т.ч. поддержание низкой инфляции и низкой волатильности на финансовых рынках.

-  Улучшение инвестиционного климата (прежде всего, усиление гарантий прав собственности инвесторов) и увеличение инвестиций; в т.ч. ПИИ как канала для трансферта знаний и технологий.

-  Наращивание, диверсификацию и углубление степени переработки экспорта, за счет инструментов стимулирования экспорта и более активного использования преимуществ региональной экономической интеграции как с ЕС, так и странами ЕЭС.

- Проведение про-активной отраслевой политики для роста продуктивности труда и обеспечения положительных структурных изменений в экономике (повышение уровня диверсификации и сложности экономики), в т.ч. за счет ре-индустриализации (см. пункт 7), поддержки технологичного сектора услуг и инноваций.

- Расчистку банковской системы от плохих активов и перезапуск банковского кредитования, развитие недостающих элементов финансовой системы (фондовый рынок, венчурное финансирование).

7. Продолжение и углубление де-индустриализации

Суть проблемы

-  По итогам 2018 года промышленное производство в Украине составляло всего 78,1% от уровня 2012 года, когда в промышленности начали фиксироваться первые признаки нынешнего кризиса. С начала 2019 года падение продолжилось: -0,9% по сравнению с I кварталом 2018 года и лишь 77,3% от уровня января-марта 2012 года.

-  Пятый год на трех имеющихся авиазаводах серийно не выпущено ни одного самолета. В десятки раз сократился выпуск продукции судостроения. С 2009 года лихорадит автопром, за это десятилетие сокративший выпуск автомобилей в 49 раз. 2018 год ознаменовался давно ожидавшимся, но «отложенным во времени» стартом банкротств бывших «голубых фишек» украинской экономики. Ликвидирован Николаевский судостроительный завод, в различных процедурах банкротства – шинный гигант «Росава», знаковые автомобилестроительные предприятия «АвтоЗАЗ» и «АвтоКрАЗ»… В зоне риска – десятки других знаковых предприятия, напр., Одесский припортовый завод», авиастроительные заводы и пр.

-  Если в предыдущие годы трендом было сворачивание производства в высокотехнологичных отраслях, то с начала этого года значительными темпами стало падать производство даже крайне низко-технологичной продукции с минимальной долей добавленной стоимости. Например, подотрасль добычи металлических руд сократила производство на 2,0%, легкая промышленность – на 11,4%, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная – на 5,1%, коксо-нефтехимическая – на 4,2%. Более того, двузначными темпами продолжает падать выпуск даже простейшей с технологической точки зрения продукции (например, на 27,8% сократилось производство трикотажных платьев, на 30,1% - футболок и маек, на 23,3% - паркета, на 22,9% - бумаги, на 35,7% - этилового спирта, на 52,7% - обоев, на 50,6% - асфальта, на 36,8% - туалетного мыла).

Риски

- Сокращение промышленного производства грозит потерей не только высокотехнологичных отраслей национальной экономики, воссоздать которые будет практически нереально (к примеру, за последние 40 лет клуб авиа- и судостроительных стран пополнился только Китаем), но даже тех, которые создавали достаточно примитивную продукцию с низкой долей добавленной стоимости. Как следствие – будет потеряно сотни тысяч рабочих мест, а государство не только столкнется с многомиллионными недопоступлениями в бюджет (с доходной частью которые уже сейчас есть серьезные проблемы), но и дополнительными затратами на выплаты новым безработным или людям, которые, потеряв работу, оформят пенсию.

Что необходимо предпринять

- Избежать деиндустриализации можно, разработав и утвердив Индустриальную стратегию Украины, предлагающую адекватную, стимулирующую рост производства налоговую политику, запуск системы прямой и косвенной государственной поддержки наиболее перспективным секторам экономики, реализацию экономического протекционизма на внутреннем и внешнем рынке.

8.  Дефицит кадров для подъёма экономики: отток трудовых ресурсов на фоне демографического кризиса и высокой безработицы

Суть проблемы

В Украине в последние годы нарастает проблема потери трудового ресурса, что снижает шансы страны на подъем экономики, как в среднесрочной, так и в долгосрочной перспективе.

- Внутренние трудовые ресурсы страны истощаются. В стране демографический кризис, который проявляется в уменьшение населения страны (за 15 лет Украина потеряла 19% своего населения). Смертность доминирует над рождаемостью (на 100 умерших/ 57 новорожденных), уменьшая будущее пополнение рабочей силы за счет собственного населения. За последние годы снижению рождаемости поспособствовало падение уровня жизни украинцев и урезание выплат по рождению детей, которые из стимулирующего фактора – родить больше детей – превратились в подобие социальных выплат (860 грн. /мес., что меньше половины прожиточного минимума). Население стареет, демографическая нагрузка на трудоспособное население увеличивается и в основном за счет лиц 65 лет и старше (1991 год – 185 на 1000 чел., 2018 год – 243 на 1000 чел.)

- С 2011 года постоянно падает численность трудоспособного населения, удельный вес трудоспособного населения (15-64 года) снизился на 2,5 п.п. (с 70,5% до 68%).

- Потери рабочей силы подогреваться нарастающей трудовой миграцией. На постоянной основе за границей находится 3,2 млн. граждан Украины, а в сезонном миграционном процессе участвуют в среднем от 7 до 9 млн. чел в год.

- В условиях слабой экономики Украина не может предложить конкурентные условия для заполнения своих рабочих мест. В 2018 году средняя зарплата по экономике в Украине составляла 326 дол./мес. (2013 г - 408,5 дол./мес.). В Польше, которая является основным реципиентом украинских мигрантов, средняя зарплата украинского трудового мигранта составляет в среднем 670 дол, а для 15% работников – эта сумма составляет почти 1000 дол.

- Трудовую миграцию стимулируют безработица, уровень которой остается выше, чем в странах в регионе и в среднем по ЕС. (2018 год: в Украине – 8,8%, в Польше – 5,7%, Словакии – 5,1%, РФ – 4,8%, Румынии – 3,9%, Венгрии – 3,6%, Молдове – 2,2%).

- В Украине переводы от трудовых мигрантов в 4-5 раз превышают приток прямых иностранных инвестиций. Это признак бедных стран, экспортирующих сырье и рабочую силу вместо привлечения инвестиций, трансферта технологий и экспорта товаров с большей добавленной стоимостью.

- Процесс трудовой миграции усиливается целенаправленной политикой стран-соседей, вступивших в ЕС в первой половине «нулевых», которые, столкнувшись с проблемой дефицита рабочей силы, начали стимулировать приток и закрепление у себя недостающих «рабочих рук». Предлагаются льготы по оплате жилья, изучению языка, легализации документов об образовании, социальные льготы (напр. выплаты по рождению ребенка), что привлекательно для молодых семей и закрепляет их на рабочих местах за рубежом.

Риски

- Общий демографический кризис, подогреваемый трудовой миграцией, лишает Украину возможности восполнить трудовой ресурс за счет внутренних резервов, что будет сдерживать восстановление экономики.

- Краткосрочный позитивный эффект от денежных переводов мигрантов не перекрывает тех рисков, которые связаны с вымыванием рабочих рук из Украины. Если страна-донор не принимает никаких мер для организации конкурентных рабочих мест и повышения социальных гарантий для населения, то надежность денежных переводом мигрантов, как источника валютных средств для страны со временем снижается, мигранты вместе с семьями остаются за рубежом, оголяя рынок труда и углубляя кризис.

Что необходимо предпринять

- Проблема может быть решена только в долгосрочной перспективе через:

-  стимулирование естественного прироста населения, в т.ч. за счет существенного увеличения выплат по рождаемости

-  выход на устойчивые темпы экономического роста, увеличение производительности труда и на этой основе – повышение доходов работающих и качества жизни в стране.

9. Ухудшение качества и доступности медпомощи

Суть проблемы

Финансирование здравоохранения упало ниже критического уровня.Вопреки рекомендациям ВОЗ и требованиям национального законодательства доля бюджетного финансирования медицины составляет менее 5% от ВВП, а за последние 5 лет она снизилась с 4,2% в 2013 г. до 3,2% в 2018 г., при том, что сам ВВП Украины за этот период упал на 8,7%.

Несмотря на критический дефицит средств, в здравоохранении была начата реформа его финансирования и как следствие все преобразования были нацелены исключительно на экономию бюджетных средств.Основной Закон реформы «О государственных финансовых гарантиях медицинского обслуживания населения» был принят с нарушением Конституции Украины, сузил гарантии бесплатной медпомощи, и привел к снижению доступности медуслуг. При этом главным достижением медреформы названо создание очередного центрального органа исполнительной власти (закупщика медуслуг) с высокой коррупционной составляющей и конфликтом интересов, уполномоченного распоряжаться львиной долей всего бюджета здравоохранения, в котором работает 15 чиновников, и на который в 2018 г было потрачено 55 млн. грн. Для сравнения на реконструкцию и расширение Национального института рака было выделено всего 32,7 млн. грн.

Уже стартовый этап реформы финансовых отношений на первичном уровне (2017-2018 гг.) показал свою неэффективность.Переход на финансирование по капитационной ставке (количество бюджетных средств на 1 человека), ведение договорных отношений между медучреждениями «первички» и национальным закупщиком, не обеспечили задекларированный принцип «деньги идет за пациентом». Выделенных на одного человека средств (370 грн.) не хватило даже на покрытие половины реальных затрат на пациента. В то же время население официально лишили ряда услуг, которые ранее, даже в условиях невысокого финансирования, всегда были бесплатными. Напр., врач перестал выезжать на дом к больным, неотложную медпомощь (где основными потребителями были старики и дети), существенно сузили, в селах начали сокращать ФАПы и ФП.

Углубились проблемы в больницах.Доля средств, которые выделялась на стационарное лечение (от всего финансирования здравоохранения) упала с 65,4% в 2013 г до 58,9% в 2018 г. Теневые платежи возросли, в т.ч. за счет общего подорожания медикаментов, которые больные закупают самостоятельно (финансирование больниц по статье медикаменты не превышает 10% от потребности).

Начались проблемы с экстренной медпомощью.Были сокращены основания для выезда бригад экстренной медпомощи (высокая температура или гипертонический криз). Начался процесс замены врачей немедицинским персоналом - парамедиками, основная функция которых – оказать доврачебную помощь и быстро доставить в больницу, что удешевляет экстренную медпомощь. Но при этом другие дорогостоящие части такого «проекта» не решались. В больницах не оборудованы отделения экстренной медпомощи, не решен и вопрос с быстрым довозом – машин не хватает (автопарк изношен на 60%, последняя масштабная централизованная закупка «скорых» была осуществлена в 2013г).

Стал нарастать дефицит кадров и трудовая миграция медперсонала.За 2 года из отрасли ушло почти 50 тыс. работников. На некоторых территориях укомплектованность врачами составляет немногим более 50%, растет дефицит медсестер. Врачей-лечебников в Украине (на 10 тыс. населения) уже меньше, чем в странах Евросоюза (24,9 против 35). Приток молодых кадров низкий, а удельный вес пенсионеров уже составляет около 25%. Престиж профессии падает, зарплата в сфере здравоохранения остается одной из самых низких в экономике – не более 68% от ее среднего уровня (2018 год средняя зарплата составляла 5 898 грн./мес.). Эксперимент на «первичке» в 2018 г. не обеспечил трехкратного роста зарплат, по самым оптимистичным расчетам выплаты по первичному уровню в среднем составили около 9 тыс. грн., а справедливый принцип оплаты труда - от нагрузки введен не был (все решения об уровне выплат персоналу полностью отданы на усмотрение руководителя медучреждения). Нет точных данных о том, сколько за последние годы выехало медиков, но по неофициальным данным выехал (или планирует выезд) каждый третий врач и медсестра.

Доступность лекарств продолжает снижаться.Цены на медикаменты в аптеках выросли за 2013-2018 годы на 126%.Система госзакупок лекарств по международным госпрограммам не показала своей эффективности. Поставки задерживаются на год-полтора, на качество препаратов много нареканий, в т.ч. из-за просроченных сроков годности. Следствием такого подхода стал срыв вакцинации населения, угроза распространения инфекционных, в том числе социально опасных болезней (СПИД, туберкулез).

Программа реимбурсации «Доступные лекарства» работает слабо.Для инфо: программа охватывает 11,5 млн. больных, которые могут бесплатно или со скидкой получить в аптеке лекарство для лечения сердечно-сосудистых заболеваний, сахарного диабета ІІ типа и бронхиальной астмы по специально выписанным рецептам. Разницу в стоимости отпущенных со скидкой лекарств аптеке возмещает государство. Программа недофинансирована (2018 г.: выделено 1 млрд. грн., потребность – как минимум 3,9 млрд. грн.), участие аптек – низкое (по 2018 году аптек-участниц не более 30% от всего их количества, остальные не работают по программе из-за высокого риска задержек компенсаций).

Разрушена система профилактической медицины.Ярким примером служит вспышка кори и отсутствие эффективных мер по ее ликвидации(с 6 декабря 2018 года по 11 апреля 2019 года корью в Украине заболело порядка 40 тыс. человек и от осложнений умерло 14 человек, а с начала вспышки – заболело более 100 тыс. человек, умерло 36.)После ликвидации Госсанэпидслужбы, которая традиционно занималась организацией профилактических и противоэпидемических мероприятий, не предложена равноценная альтернатива. Не смотря на масштабы и темп роста заболеваемости корью в 2018-2019гг., до сих пор не проведен детальный эпиданализ ситуации в стране и не предложены эффективные противоэпидемические меры.

Риски

- Продолжится снижение уровня финансирования медучреждений и доступности всех видов медпомощи для пациентов (первичной, экстренной и вторичной). На первичном уровне в этом году планируется оплачивать услуги только по числу пациентов, которые прикрепились к участковым врачам (это не более 2/3 населения). Соответственно оставшаяся треть пациентов уже не будет получать бесплатную первичную медпомощь. На вторичном уровне (специализированная медпомощь) ситуация также ухудшится, т.к. финансирование не увеличивается и стартует второй этап реформы, а значит все проблемы проявившиеся на «первичке» в 2018 году (сокращение больниц, увольнения персонала, сужение бесплатных услуг) повторятся, но уже в более широком масштабе.

- Кадровый дефицит, в т.ч. за счет миграции медиков, будет нарастать, особенно если условия для врачей-мигрантов в странах соседях и дальше будут либерализироваться, а Украина не предложит медикам реального повышения зарплат, прозрачного механизма оплаты труда и не прекратит практику сокращений персонала.

- Доступность лекарств продолжит снижаться из-за роста цен на аптечном рынке, продолжающихся задержек в госзакупках медикаментов под госпрограммы (международные закупщики остаются еще на год) и неэффективной программы реимбурсации (в этом году она искусственно подгоняется под явно недостаточное финансирование).

- Эпидемическая ситуация в стране будет ухудшаться, на конец года прогнозируется до 80 тыс. заболевших корью. Из-за низкого уровня вакцинации, помимо вспышки кори, могут распространиться и другие опасные инфекции (плохой прогноз относительно дифтерии).

Что необходимо предпринять

- Обеспечить бюджетное финансирование отрасли на уровне не менее 5% от ВВП.

- Продолжать реформы только после анализа эффективности проведенных мероприятий в 2017-2018гг.

- Повысить зарплату медикам и обеспечить реальный механизм уровня оплаты от нагрузок и качества, гарантировать медработникам право и возможность быстро и бесплатно переквалифицироваться с трудоустройством и сохранением уровня зарплаты.

- Рассмотреть необходимость функционирования НСЗУ после аудита его деятельности за 2018 год.

- Срочно разработать и ввести меры по локализации и ликвидации вспышки кори и предотвращению других инфекционных заболеваний.

Выводы

Президентские выборы завершились спокойно и без потрясений, что само по себе уже неплохой сигнал для рынков и инвесторов. Ближайшие пару месяцев покажут, насколько новый Президент и его команда понимают и готовы работать с вызовами, которые стоят перед Украиной. Отправная точка для снижения всех перечисленных рисков – это существенная де-эскалация и установление долгосрочного мира на Донбассе.  Вместе с тем, в средне- и долгосрочной перспективе – решение всех этих вопросов лежит исключительно в плоскости ускорения и поддержания хотя бы на протяжении ближайших 15-20 лет высоких темпов экономического роста (не менее 5%) и на этой основе повышения качества жизни в стране. Такая постановка вопроса выходит за рамки каденции одного президента. Однако по нашему глубокому убеждению, именно эта задача и ее решение, возведенные в ранг национальной идеи, способны сшить страну, не разъединяя население и не порождая иллюзорных ожиданий (как с обещаниями членства в ЕС), и создавая задел для ответственного политического лидерства и преемственности политики.       



[1]См. напр.http://www.apo-tokyo.org/publications/ebooks/apo-productivity-databook-2017/